Когда радуга меняет цвет, или избиение младенцев

miniВ нашей стране очень много талантливых детей, которые профессионально занимаются вокалом, гимнастикой, танцами. Только, к сожалению, мы о них знаем совсем не много. Наши дети занимают почетные призовые места на конкурсах в других странах, и тогда в новостях мелькают небольшие заметки об их победах.
Фестиваль детского творчества в Израиле для нас, к сожалению, редкость. Это яркое и долгожданное событие. И дети, и родители долго и ответственно готовятся к нему, ежедневно репетируют, занимаются с педагогами, шьют костюмы для выступлений. И все это, что немаловажно, за свои собственные средства. Но родители готовы пойти на все, чтобы их талантливый ребенок мог продемонстрировать свои способности и получить заслуженную объективную оценку. Такой фестиваль – большой праздник, в который вложено много труда. Труда детей и родителей. Естественно, со стороны организаторов конкурсанты ждут соответствующей отдачи.

Эта статья могла бы не появиться. По крайней мере, в такой форме. Дело в том, что среди моих друзей оказались люди, повезшие своих детей на фестиваль «Северная радуга» в Цфате. От них я узнала о том, что там происходило. И честно говоря, о самом фестивале, как таковом. Признаюсь, услышав только пару историй, я не поверила своим ушам, потому что то, что им пришлось пережить в те два фестивальных дня, никак не вписывается в контекст нашей израильской действительности. Пребывая в некой растерянности, я нашла других участников фестиваля и побеседовала с ними. Однако, от них я услышала практически слово в слово те же самые истории.
Но у медали две стороны. Поэтому я решила связаться и организаторами и выяснить их точку зрения.
Я независимый журналист. И представлю вам обе стороны. Честно. Беспристрастно. Обещаю удержаться от оценки того, о чем буду писать. Перескажу вам только то, что услышала сама, и покажу фотографии, снятые родителями участников.
Выводы – за вами.

Журналист и блогер Даниэль Рапопорт из Бат-Яма:

Моя семилетняя дочь занимается пением. От руководителя ее кружка мы узнали о конкурсе и подали заявку. Готовились целый год. Провели очень серьезную работу. Дочь ждала фестиваля, как большого праздника.Мы ехали на два дня с ночевкой. Первый день должен был быть отборочным, а на второй день- праздничный гала-концерт с вручением призов и награждением победителей.
Участие платное. 260 шекелей проживание, 120- участие, что самое интересное, с каждого – и с ребенка, и с родителей.
Мы должны были приехать в Цфат к 11 часам утра, разместиться в гостинице и поехать в зал, где проходит отбор.
По факту оказалось, что жить нам предстоит не в гостинице, куда, как выяснилось позже, попало очень небольшое число участников, а я бы назвал это странноприемным домом на 10-15 комнат, что-то вроде некого прибежища для паломников, которые приезжают в прекрасный святой город Цфат. Очевидно, дом долгое время стоял закрытым, потому что войти в него было невозможно – там стоял жуткий затхлый, едва ли не трупный запах. Даже нам, родителям, привыкшим к советским пионерским лагерям, стало не по себе, а маленькие дети просто начали плакать и боялись туда зайти. Нас никто не сопровождал. Просто всю толпу – огромный автобус – отправили с детьми в этот дом, сказав, идите, занимайте комнаты. Напомню, мы торопимся, нам нужно успеть на отбор. Мы начинаем метаться с детьми по этому жуткому зданию: какие-то двери закрыты, где-то две кровати, где-то три, где-то одна, в комнатах тот же гнилостный запах. Выясняется, что места всем не хватает, и часть семей вынуждена бежать в соседний такой же точно дом и пытаться разместиться там. Мы смогли занять какую-то комнату, где стояли три сохнутовские кроватки, кажется, даже без ножек. Нам, правда, очень повезло- у нас номер оказался с джакузи. Правда, выяснили мы это только на следующий день, потому что света в ванной не было. Хорошо, что мы не успели там помыться, потому что на следующее утро мы увидели, что дно джакузи и пол ванной завалены трупами мух. На бачке висит грязный ершик для чистки унитаза и старая мочалка – проявление крайней о нас заботы. Полотенец нет. Отловили хозяина этой виллы, он принес полотенца, которыми можно было забивать гвозди. Страшный запах, грязные полы и стены, вонючий аквариум с мертвыми рыбками . Дети с дороги хотят пить, воды для питья нет. Кстати, оказалось, что в принципе вода была не во всех номерах. Размещение в гостинице превратилось в ад и кошмар.

Мы спешим в зал. Где он, никто не знает. Руководитель нашей музыкальной группы Галя Цукер до организаторов дозвониться не смогла. В общем, как-то выяснили. Нам повезло, что мы поехали на своей машине и с помощью навигатора быстро добрались до зала. Остальным пришлось идти пешком, по горам Цфата, с уставшими с дороги маленькими детьми, с сумками с костюмами, примерно полтора километра до концертного зала.
Дети хотят пить. Никаких киосков с водой или питьем.
Отбор проходил в непрофессиональном зале с маленькой сценой и расставленными пластиковыми стульчиками. Правда, звук был очень качественным, им занимался наемный звукооператор, который не имеет отношения к организаторам.
Нет никакого помещения, чтобы переодеться. Цфат, октябрь, 17-18 С, прохладно. Детям пришлось переодеваться на улице!

raz

Дальше пошло ожидание, час, два, три.
180 номеров умножим в среднем на 4 мин. – легко подсчитать, сколько времени это должно было занять. Т.е. начали в 11 утра, закончили около 1 часа ночи! Никой еды и питья. Долго не могли найти туалет, пока наконец не выяснили, что он где-то за сценой. Обнаружили кафетерий этого актового зала, судя по радостному выражению лица его хозяина, он выполнил план за год. Противные на вкус бурекасы, жирная пицца и газировка – все за наш счет. Это издевательство продолжалось до позднего вечера. Дети от 5 лет сидели в ожидании своей очереди по шесть, семь, восемь часов.
Я не специалист в оценке судейства жюри, но видел, как они играли в телефонах и писали в фейсбуке во время выступлений детей. Я папа, который очень любит свою дочь, но девочка, которая пела после нее, выступила на порядок лучше, а оценки получила ниже. Т.е. было видно, что члены жюри, не отвлекаясь от телефонов, опускают руки, берут любые таблички и поднимают их вверх. Я окончательно убедился в том, что реальные оценки никого не интересовали, на следующий день во время награждения, когда те, кто получил все десятки, даже не были приглашены на сцену, а те, кому поставили шестерки, заняли первые места.
Вечером среди родителей поднимается бунт, они намерены прекратить этот ужас и уезжать. Я вышел на сцену, отобрал микрофон, объяснил, что я член союза журналистов и сделаю все возможное, чтобы люди узнали об этом. Но сейчас, ради наших детей, нам придется смириться с этой ситуацией, чтобы все дети смогли выступить. Меня стали выгонять. Ко мне подошел похожий на охранника лысый мужчина в куртке и стал меня « выдавливать» из зала. Без рукоприкладства , но грубо. Я спросил, официальное ли он лицо, он сначала сказал, что нет, потом, что да, и что я ему угрожаю тем, что собираюсь рассказать об этом в прессе. Я заметил, что это не угроза, а нормальная работа журналиста. Представиться он категорически отказался. Позже я выяснил, что это был вице-мэр Цфата Аркадий Барст. Кстати, весь разговор с ним я записал на диктофон и с удовольствием могу предоставить эту запись.
В общем, моя дочь выступила только в 20:30. Дети голодные. Я поймал организатора Лену, она сказала, чтобы мы шли ужинать в гостиницу. Где находится гостиница, никто не знает. В результате скандала нам выделили местную жительницу, которая всех туда повела. Мы на своей машине приехали одними из первых, остальным снова пришлось пройти пешком с измученными детьми порядка полутора километров по горам. Качество еды было просто отвратительным, посуда одноразовая, ни соков, ничего. Мы вообще ничего не стали есть, моя дочь нашла какую-то булочку, и это был ее ужин. Более того, людям , которые пришли после нас, еды просто не хватило. По разговорам, заказано было на 150 человек, а пришло 400.
На следующий день в 10 утра должна была состояться пешеходная экскурсия по Цфату, которую срочно включили в оплату, хотя ранее на сайте сообщалось, что экскурсия в стоимость не входит. Видимо организаторы уже тогда понимали, что с деньгами происходит что-то не то, и пытались как-то выкрутиться. Я представил, что если бы все пять сотен участников таки пришли на экскурсию, центр Цфата был бы парализован.
В 11:30 должен был начаться гала-концерт. По факту это случилось в районе 13:00. Порядка 90 номеров по 3-5 мин каждый. Зачем было приглашать такое количество детей, не понятно. Организаторы, видимо, просто считали по деньгам, которые заплатит каждый, приехавший туда участник.
Когда началось долгожданное награждение, в зале стал нарастать рев. В прямом смысле слова. Дети не получают ни грамот, ни медалей, а только подарок от спонсора – пластиковую упаковку с шестью пирожными. Детки маленькие, пирожные падают, катаются по сцене, дети по ним ходят. Начинается путаница с местами. Было жалко смотреть на ведущую, которая не понимала, что происходит: только что она объявила коллектив на третьем месте, и тут же он значится в списках под вторым. Были дети, которых вообще не вызвали на сцену, хотя они получили все «десятки». Дети рыдают. Я вижу свою плачущую дочь на сцене и иду, чтобы ее успокоить. И вдруг за сценой я неожиданно вижу столы, на которых стоят пусть пластиковые, но кубки и лежат выписанные грамоты. Организаторам просто стало лень их выдавать!

С помощью еще одного папы и ведущей, мы начали раздавать детям кубки и грамоты. Удалось, чуть ли не физически остановив организаторов, вспомнить, кто в предыдущий день получал лучшие оценки и наградить их. Это же дети, которые готовились несколько месяцев, выступили блестяще, а их даже не отметили! Похоже на то, что заранее было известно , кто ДОЛЖЕН выигрывать. Была одна грязная история с дочкой одного очень известного человека, которой сначала поставили низкие оценки, но, узнав, кто она, исправили их на высокие, и она получила приз.
Все это выглядит, как избиение младенцев!

Лена Дубровнер из Бат-Яма:
Гостиницей оказался грустный грязный циммер. Соответственно, никакого персонала вообще, как и полотенец для душа, дополнительных одеял. В номерах только кровать, тумбочка и серебристый пакетик с мылом и шампунем. У одних клиентов кондиционер не работал, у нас пульта от кондиционера не было, у детей не было света в туалете. Мужчины наши позвонили хозяину цимера и выяснили, что ночь в этой ночлежке стоит 100 шекелей с человека, а не 260, как было заявлено организатором. Посовещавшись , решили платить по счетам, без чаевых в 160 шекелей.
Моих детей надо переодевать полностью. Организаторы обещали, что будет большая сцена и гримерки. Оказалось, что конкурс проходит в вонючем и грязном спортзале, где по краю были разложены пледы, загаженные птичьим дерьмом. Это без шуток. Гримеркой оказался ни разу не мытый вестибюль спортзала с прозрачными окнами.
Сюрприз дня: закрытый общий туалет в вестибюле. Вход во второй туалет был со стороны самого спортзального поля, между ведущими и жюри, но об этом знали далеко не все.
Ни в одном из помещений не было кафе-бара или аппаратов с едой и питьем. Фантастически огромные опоздания привели к тому, что некоторые дети 5 часов ожидали своего выступления без возможности поесть, попить и пойти в туалет. А вы знаете, что это такое – провести полдня в макияже и в костюме для выступления?
И совершенно преступная халатность со стороны организаторов – отсутствие охраны на дверях в помещениях для конкурса и концерта.
Потом мы потратили около часа на поиски столовой, не могли разобраться даже с навигатором.
Какое отношение члены жюри имели к музыкальному или танцевальному конкурсу, мы не поняли. Умилило, когда на сцену пригласили представителя жюри, назвав его «гость из Москвы».
Отдельная тема – это призы, состоящие из коробки с шестью эклерами, грамоты и «кубка». Были бы эклеры в пакетике, не было бы на сцене рыдающих детей и валяющихся эклеров, по которым ходит ведущая.
Некоторых детей и коллективы вызвали на сцену более трех раз, так как их трижды пропечатали в списке награжденных.
А теперь то, за что надо убивать. Вызвали тех, кто занял третье место. Нас не позвали.
Вызвали тех, кто занял второе место. Нас не позвали. Девочки стали пищать от восторга. Но нас не позвали и на первое место.
О нас физически забыли. Забыли позвать на сцену и наградить. Боль и унижение.
Естественно родители пошли за кулисы устраивать разнос. Нам выписали грамоту за второе место, дали эклеры и дали замену разбитом кубку. А там за кулисами орали в истерике родители детей, которых забыли наградить…
Я хочу и буду писать жалобу мэру Цфата с просьбой запретить этому организатору работать на территории города.
Я думаю, что надо привлечь организаторов за (в нашем случае попытку) мошенничества с гостиницей.

tri

 

Елена Трухина из Беер-Шевы:
Мои дети получили одни из самых высоких оценок, мы были уверены, что если не Гран-При, то по-крайней мере первое место нам обеспечено. Тем более, что мы выступали в конце гала-концерта. Другие участники, видевшие наше выступление в отборочном дне, уже поздравляли нас с победой. Но во время награждения нас вообще не позвали на сцену. Я до сих пор не могу забыть лица детей. Дети просто были в шоке, сидели с каменными лицами, по которым катились слезы. Потом с ними случилась истерика. Одна девочка попыталась убежать из зала, другая, наоборот, искала организаторов, чтобы им все высказать. Это ребенок 10 лет! Мне до сих пор больно вспоминать об этом.
После устроенного родителями скандала, организатор извинилась перед нами со сцены и вручила детям кубки. Но дети получили глубокую психологическую травму, надеюсь, что им в будущем не потребуется помощь психолога.

Виктория Соколовская-Розен из Ришон ле Циона:
Я руководитель группы из пяти детей. У нас очень интересная профессиональная программа, в которую вложено много сил и
мастерства. Мои дети успешно выступали на конкурсе в Болгарии. Дети ждали этого фестиваля и готовились к нему.
Нам пришлось уехать, так и не выступив. Дети были не в состоянии выступать после 7 часового ожидания в зале.
Я считаю, что конкурс был организован абсолютно не профессионально, а бессовестные организаторы должны отвечать за свои ошибки!

dva

 

Ирина Хачатурян из Бат-Яма:
Моя дочь заняла 1-е место в Болгарии с той песней, с которой мы приехали. Здесь только третье, но не мне судить жюри. Но я видела, как после первого куплета одна из членов жюри уже поставила ей оценку, не дослушав песню до конца, а дочь потом так распелась!
Моя дочь выступила очень поздно, мы вышли из зала в 1 час ночи. Ни питье, ни еда не были организованы. Мы провели в зале 12 часов! Я видела, что стоят какие-то упаковки с водой, но нам никто не сказал, что эта вода для нас. До организаторов вообще невозможно было дозвониться.
У нас уже не было сил ругаться, и спать нам пришлось в циммерах на грязных, пыльных кроватях. Знаю, что были люди которые отказались возвращаться в циммеры после ужина в гостинице. Их разместили на ночлег в гостиничных коридорах. Мы же не видели заявленного 3-х разового питания вообще, т.к. в первый день до столовой гостиницы физически не успели добраться.
Мы уже третий год участвуем в этом конкурсе. В прошлом году обещанная дискотека не состоялась, но все прошло более-менее. В этом я ехать не собиралась. Но конкурсов так мало, а ребенку нужно где-то выступать.

Юлия Мирмович из Бат-Яма:
В помещении, где нам предстояло ночевать, стоял очень тяжелый затхлый запах, было грязновато, унитаз подтекал, поэтому в ванной был залит весь пол, а в самой ванне было кладбище из сухих мух.
Фестиваль вокалистов проходил в маленьком школьном зале. Не было никакого разделения на на соло, дуэты и ансамбли, а также по возрасту, как это обычно принято. Единственное что, совсем старших оставили на потом, хотя они сидели с нами все это время.
Группа из Ришон Ле-Циона уехала, не дождалась. То есть люди, как и мы, проехали несколько часов в один конец, чтобы досидеть до нервного срыва, развернуться и уехать обратно. А ведь они готовились, репетировали, родители брали отпуск на работе.
На каком-то этапе, когда жюри хотело объявить очередной перерыв и поужинать, разразился скандал.
Детей-то ведь никто кормить не собирался, они продолжали сидеть в зале в напряженном ожидании.
Заммэра Цфата Аркадий Барст (правда, представляться он отказался) стал попрекать родителей за их поведение перед их же детьми. Действительно, это наши дети, и им плохо. Но только как так получилось, что они оказались в таких условиях?
Разглядев после выступления наш постоялый двор, где даже в ванную зайти было противно, и оценив гостиницу “Мецуда” , куда мы пришли на ужин ( где, ктсати, нам ничего не понравилось) и дискотеку, мы твердо решили не уходить из нее, пока нас не поселят в нормальные условия.
И тут с дочкой случилась жуткая истерика. Я ее давно не видела такой. Она, конечно, устала, вымоталась. И хотя очень любит компании и веселье, для ее психики это было слишком.
Я сама была очень близка к тому, чтобы сесть в машину и вернуться домой. Но тогда это косвенно было бы против Галины, нашего руководителя, а она ни в чем не виновата.
Родители, будучи в том состоянии, когда всем селом весело сжигают ведьму за засушливое лето, призвали к ответу распорядительницу, она умело запиралась (говорят, ей не впервой, вроде бы уже бывали в прошлые годы прецеденты), но среди нас была владелица турбюро, которая ее расколола простым знанием законов.
Благодаря усилиям этой милейшей мамы, мы ночевали в нормальной гостинице “Дан”. Чистый номер с красивым видом (хотя на этом этапе мне было все равно, какой там вид, хоть на песчаную бурю в пустыне Сахара).

До сих пор не понимаю, почему с сопровождающих брали 120 шекелей за участие, хотя, ни я, ни мой муж выступать не собирались. На вопрос, почему сопровождающие должны тоже платить за участие, распорядительница сказала, что ей тоже надо что-то заработать. По крайней мере, искренне.
Что интересно, на вопрос: “Вы были в этой “гостинице”? Вы видели, какие там условия?” она ничтоже сумняшеся заявила: “Да, я была лично 12 числа”. Потом, правда, в разговоре сказала, что кого-то посылала туда.
На следующий день во время награждения организаторша не успевала наделить всех призами, дипломами и пирожными (каждому полагалась коробка эклеров от спонсора), на сцене толпилось все больше детей, ведущая пыталась спасти положение, но у нее плохо получалось, так как некоторые победители были записаны по 2-3 раза, а некоторые, как оказалось, не были записаны вообще.
Мы увидели, что нашим детям дали один кубок, одну коробку с пирожными, а диплом не дали вообще. Я пыталась выяснить, где же диплом? Мне дали бланк и ручку, сказали: пишите.
Столько было слез! Двух обладательниц первого места не объявили, потому что пропустили, а они рыдали, больно было смотреть.
Были две девочки-гимнастки, которые выступали с уникальными номерами, их просто не учли при награждении.
Мои девочки приехали на фестиваль первый раз. И я считаю их победительницами, тем более в таких условиях. Конечно, оно того не стоило. Но они сами хотели дойти до конца. Если бы мы плюнули и уехали, они были бы очень расстроены, несмотря на усталость.
Дай Бог, чтобы все дальнейшие фестивали все же были больше похожи на праздник, как оно и должно быть.

Елена Зарецкая, организатор фестиваля:
Я рада, что вы мне позвонили, мне очень важно, чтобы люди узнали и другую сторону.
Фестиваль организован нашим благотворительным фондом «Фестиваль А-Кохавим», совместно с муниципалитетом Цфата, который предоставил нам помещения для выступлений.
Фестиваль проводится уже в четвертый раз и до сих пор проходил он успешно, в противном случае мы бы не получили такого количества желающих принять в нем участие.
Моя самая главная ошибка, из-за которой возникли организационные проблемы, – это то, что я пошла на поводу у людей, которые подали заявки после 1 октября – окончательной даты приема заявок. Но люди очень просили, были и мои знакомые, которые буквально умоляли позволить им выступить, был даже такой звонок: «Лена, мы уже в пути» – буквально в день фестиваля. И я признаю свою ошибку в том, что пошла всем этим людям навстречу. Это мой большой просчет. В результате приехало слишком много людей, и тем, кто подал заявки последними, места в гостинице не хватило.
Что касается циммеров, я лично их не осматривала, но хозяин помещений уверил меня, что они в отличном состоянии и там приличные условия. Надо понимать, что это Цфат, где либо циммеры за 1,5 тысячи ночь, любо недорогое жилье.
В 260 шекелей за проживание входило трехразовое питание, экскурсия, дискотека с фуршетом для родителей. Те, кто ночевал в циммерах, заплатили меньше. Всех, кто обратился ко мне, я связала с хозяином циммеров и они с ним договорились. Касается ли это всех, не знаю, не помню.
Меня удивляет, что сопровождающие детей на конкурсе вокалистов, не нашли где детям переодеться. Конкурс проходил в актовом зале школы, в школе полно пустых кабинетов, зачем нужно было переодеваться на улице или в машине, не знаю. Это их личный выбор.
Вода была. В зале стояли упаковки с питьевой водой и одноразовыми пластиковыми стаканчиками. Опять же не могу сказать, почему родители не знали, что это предназначено для участников.
Что судейство было несправедливым – неправда. Нужно понимать, как распределяются места. Сначала четвертое, потом третье и второе , потом приз зрительских симпатий, первое место и Гран-При. Наверное, не все в этом смогли разобраться. Если случайно кого-то назвали победителем и за второе, и за третье место, это ведущая что-то напутала. (прим. автора статьи: я обратилась к ведущей концерта, актрисе и продюсеру Елене Сахановой с просьбой прокомментировать ситуацию, она ответила, что т.к. не является организатором фестиваля, то было бы нетактичным с ее стороны давать какие-либо комментарии)
Перед девочками, которые блестяще выступали, но по ошибке не оказались в списке награжденных, я лично извинилась со сцены и вручила им призы. Мне было очень больно и обидно за этих талантливых девочек, что из-за какой-то опечатки случилось такое досадное недоразумение. Если их педагогу недостаточно моих извинений со сцены, я могу принести их в письменном виде.
Во время награждения я занималась раздачей пирожных от спонсора, может быть, что-то и упустила. Но в принципе все получили то, что заслужили, каждому ребенку досталась упаковка пирожных.
Я всем приношу свои извинения. Я сама осталась очень не довольна организацией: хочешь быть хорошей, выходит боком.
На следующий день после завершения фестиваля, мы сидели с администрацией Цфата и проводили работу над ошибками. На будущий год нам пообещали выделить больше залов, чтобы конкурсы танцевальных и вокальных коллективов могли стартовать одновременно и это не занимало бы столько времени. Я обещаю, что ни один человек не заселится в гостиницу прежде, чем я осмотрю ее лично. И никто, ни при каких обстоятельствах, ни на каких условиях не примет участие в фестивале, если обратится ко мне после указанной даты приема заявок.
Мы провели очень успешно три фестиваля и сделали выводы из ошибок четвертого. Я до сих пор чувствую себя больной от того, что произошло. Фестиваль «Северная радуга» – лицо нашего фонда, и мы не намерены его ронять.

 

Даниэль Рапопорт о комментарии Елены Зарецкой.
Как и следовало ожидать, практически каждое слово г-жи Зарецкой – вранье.
1) Все участники прошлых фестивалей, с которым нам удалось связаться, говорили об отвратительной организации и условиях.
2) О возможном проживании в «ахсаниет» говорили еще за 2 недели до фестиваля, правда никто не знал, что это будут не циммеры, а грязные ночлежки.
3) На сайте фестиваля заявлено, что экскурсия не входит в стоимость.
4) Стоимость была единой для всех – и для живущих в гостинице, и для живущих в ночлежке.
5) Проживавшие в ночлежках заявили о своем участии в фестивале за несколько месяцев, а никак не в день фестивля.
6) Дискотека (точнее, жалкое ее подобие) была только для тех, кто жил в гостинице. Да и какая дискотека после этого ужасного дня.
7) Никто из организаторов не показал родителям, где можно переодеть детей, где есть вода и так далее. Причем организаторы видели, что детей переодевали на улице.
8) Я видел списки победителей, которые зачитывала ведущая. Действительно, множество имен там дублировалось, в разных категориях и с разными местами – за один и тот же номер.
9) Пирожные от спонсора – это не призы, а рекламная акция. Организаторы умудрились решить не выдавать грамоты и призы детям, то есть просто вкладывали детям в руки упаковки с пирожными… а дети, маленькие артисты, ждали своих медалей, грамот, кубков. По счастливой случайности мы увидели стоящие за сценой столы и кубками и буквально заставили организатора Елену Зарецкую начать раздавать их детям. Многие родители сами искали грамоты и кубки, находили их, и через ведущую Елену Саханову (огромное ей спасибо) вручали их детям.

———————

В завершение хочу заметить, что, среди родителей детей, участвовавших в фестивале «Северная радуга 2014», есть те, кто настроен на следующий год снова подать заявку на участие. Несмотря ни на какие трудности, они уверены в том, что детям необходимо выступать, а конкурсы проводятся очень редко.
Если бы государство, в частности министерство Культуры, проявляло больше заботы о развитии наших детей, оказывало бы больше поддержки организаторам фестивалей, руководителям детских кружков и студий, наверное, эта статья была бы написана иначе. Вы увидели бы на фотографиях только фрагменты блестящих выступлений и счастливые лица детей и родителей.
Мне хочется верить, в такое светлое, радужное будущее. Ведь наши дети этого достойны!

© Анастасия Поплавская

Баннер внутренней внизу

Подпишись на рассылку

Новости о самых важных, и интересных мероприятий в Израиле

Справа